Пока город живет - рассказ о буднях бойцов вневедомственной охраны
Признаюсь: когда планировал этот репортаж, думал, будет драйв с выездом «по тревоге», с сиренами, с быстрыми решениями и сценами как будто из боевика. Вышло иначе. Вместо динамики - длинный разговор в машине. Вместо погонь - спокойная, почти будничная работа, сообщили корреспонденту Информационного агентства МАНГАЗЕЯ в пресс-службе Управления Росгвардии по Свердловской области. Понедельник. Десять утра. Экипаж вневедомственной охраны Росгвардии у здания редакции. - Давайте знакомиться, - говорю, устраиваясь на заднем сиденье патрульного автомобиля. - Усур, - коротко отвечает прапорщик полиции. - Позывной. В подтверждение - шеврон на шлеме. «Не медийная личность», - поясняет почти сухо. Рядом - Максим, младший сержант, водитель, молодой, работает всего полгода. Едем. Смена началась. *** - Вообще сюда попасть не так просто, - рассказывает Усур, когда разговор заходит о службе. - Сначала комиссия, потом областная ВВК, далее психологическое тестирование, полиграф. Только после этого становишься стажером. Максим подхватывает: - У меня стажировка была три месяца. Потом экзамены: стрельба, физподготовка, право, вождение. Если все сдаешь, допускают к службе. Смена - с девяти утра до девяти утра следующего дня. Формально - сутки через трое, но график может меняться. Мы на маршруте патрулирования. Сегодня - центр города и прилегающие районы. Всего таких экипажей заступает несколько, у каждого - своя территория. Радиостанция тихо щелкает. Переговоры короткие, без лишних слов. Позывные, коды. Гражданскому не понять. - Чаще всего поступают имущественные сигналы, - продолжает Усур. - Квартиры, офисы, склады. Плюс «тревожные кнопки» - когда в заведениях конфликт, кто-то ведет себя агрессивно. - Персонал нажимает кнопку - мы приезжаем, - добавляет Максим. - Разбираемся на месте. Спрашиваю, много ли вызовов. - Зависит от дня, - отвечает Усур. - В выходные больше. Сегодня пока спокойно. Я невольно плюнул через левое плечо. - Мы должны быть готовы постоянно, - говорит Максим. - В любой момент. - Сутки в машине, - уточняет Усур. И это не фигура речи. Это буквально режим работы. *** Разговор переходит к взаимодействию с другими экстренными службами. Да, ведомства разные, но задача одна - обеспечивать порядок и безопасность тагильчан. - От полиции заявки тоже берем, - говорит Усур. - Проверки адресов, помощь в оперативных мероприятиях. - На ДТП выезжаем, на происшествия, - добавляет Максим. - Можем первыми приехать, оцепить, дождаться служб. Он вспоминает один из выездов: - На Сибирской наши ребята первыми были. Оцепили, ждали спасателей. Тяжелые эпизоды не обсуждают подробно. Наступает пауза. - С ДТП с летальным исходом тяжело, - говорит Усур. И этого достаточно. *** - В целом в городе спокойнее стало? - спрашиваю. - Да, - отвечает Усур. - Стабилизировалась обстановка. И уличная преступность снизилась. Он подбирает формулировку: - Задача - минимизировать. Не искоренить, не победить. Минимизировать. Это звучит точнее и честнее. Мы проезжаем мимо точек, где часто посетители «перебарщивают» и устраивают драки с дебошем. Пока все закрыто. - Увеселительные заведения - отдельная история, - усмехается Усур. - Там «веселья» хватает. Максим улыбается, но ничего не добавляет. *** Не могу не спросить, как удается сохранять спокойствие, когда сталкиваешься с агрессией и неадекватным поведением. - Сначала разговор, - отвечает Усур. - Если человек не понимает, предупреждаем. Дальше уже по ситуации. - Всегда по ситуации, - подтверждает Максим. - Нельзя сразу жестко, - продолжает Усур. - Нужно минимизировать. Это слово звучит у него уже второй раз. *** Мы делаем короткую остановку, затем снова в путь. Маршрут не предполагает длительных стоянок. - Есть точки, где останавливаемся, докладываем обстановку, - объясняет Максим. - Но в целом постоянно в движении. - Если видим нарушение, реагируем сразу, - добавляет Усур. - Распитие, драки - пресекаем на месте. *** На набережной разговор неожиданно уходит к теме подростков. - Сейчас с ними сложнее, - говорит Усур. - Иногда родители воспитанием не занимаются. Дети сами по себе. Максим добавляет: - Соцсети сильно влияют. Разные «задания», челленджи. Усур приводит пример: - Могут предложить деньги за простое действие. А по факту - уголовная статья. Люди не понимают последствий. За несколько тысяч рублей можно получить серьезный срок. - Подростки сами говорят: «Задание было», - подтверждает Максим. - С этого и начинается. Сначала мелочь, потом больше. Спрашиваю про выход. - Правовая культура, - отвечает он. - Нужно объяснять. Чтобы знали, где границы. - И патриотическое воспитание, - добавляет Максим. – Необходимо понимание, зачем это все. - Не лозунги, - уточняет Усур. - А нормальное понимание. - Раньше строже было. Сейчас по-другому. - Родители часто встают на сторону ребенка. Даже когда он не прав. Усур приводит случай: - Подросток украл алкоголь в гипермаркете, а мать говорит про его права. Про поступок - ничего. *** Рация пока молчит. Мы просто едем по маршруту. - Даже если сработка на объекте ложная, проверять обязаны, - говорит Максим. - Нельзя игнорировать. - Могут воспользоваться, - добавляет Усур. Он рассказывает, как однажды из-за сигнализации автоматически открылись ворота склада. - Заезжай и бери, что хочешь, - говорит он. - Поэтому приехали, оцепили, дождались специалистов. *** К вечеру город становится плотнее. Машин больше, людей больше. Но внутри экипажа сохраняется тот же ритм. Спокойный и уверенный. - Бывает, смена заканчивается, а ты еще работаешь, - говорит Максим. - Если есть сигнал, доводим до конца. - Хоть два часа, хоть больше, - добавляет Усур. - Семья понимает? - спрашиваю. - Должна, - отвечает Максим. - Иначе сложно. Он улыбается: - Привыкают. *** К концу маршрута понимаю, что драйв здесь действительно есть. Просто он не в «яркой картинке». Он в постоянной готовности и в умении не обострять, а сдерживать. - Экшн получился? - спрашивает Максим, когда мы возвращаемся к зданию редакции. - Получился разговор, - отвечаю я. Усур кивает: - Это тоже часть службы. Текст: Антон Исаев Фото: Сергей Казанцев