Из монастыря – сразу замуж: москвичка рассказала о своем опыте в Шаолинь

В свое первое большое путешествие Анна Большакова, журналистка из Москвы, отправилась, когда ей было 25 лет. Она поехала в Китай, в монастырь Шаолинь. На дворе был 2012 год. Поток «паломников» на родину боевых искусств в последние десятилетия не иссякал. Многие ехали туда, насмотревшись кино с Брюсом Ли. Но для Анны это была попытка справиться с выгоранием. После нескольких лет работы в журналистике, с постоянными стрессами и ответственностью, она поняла, что ей нужна перезагрузка. Все началось с обычного похода в кинотеатр.

«Я решила записаться на уроки кунг-фу после просмотра фильма Вонга Кар-Вая "Великий мастер". И совершенно не подозревала, что по соседству с моим домом находится школа — официальное представительство монастыря Шаолинь», — вспоминает Анна.

Ее наставником стал Мастер Ши Янбин — воин-монах монастыря Шаолинь, один из 50 монахов, получивших благословение преподавать кунг-фу за пределами храма, и основатель Школы цигун и кунг-фу Шаолиня в Москве.

Это все кино

Начав заниматься, Анна быстро поняла: реальность тренировок сильно отличается от того, что показывают в фильмах.

«Многое из того, что вы видите в кино или на видео, — например, как бьют палками во время тренировок или с размаху разбивают об голову доски, — на самом деле просто для привлечения внимания, — смеется Анна. — С обычными людьми используется совершенно другой, более мягкий подход. Экстремальные виды практикуют только опытные буддийские монахи, прошедшие долгий путь подготовки».

Зато Анна открыла для себя принцип активного расслабления. Она объясняет, что это самая сложная практика: ты учишься не бороться с собой, а предвосхищать свои импульсивные реакции — то, что создает стресс и проблемы в жизни.

В чужой монастырь

Настоящая проверка началась во время тренировочных сборов в Китае. Через полгода тренировок в Москве Анна отправилась в Шаолинь и провела в монастыре целый месяц. Жили в частных гостиницах, которые местные жители организовали в соседней деревне.

«Там очень комфортно — вполне под европейцев сделано», — рассказывает Анна.

Тренировки были серьезным испытанием — они длились по 6–7 часов в день. Значительную часть каждой тренировки занимает цзибэньгун — базовая подготовка, которую в Шаолине называют «искусством укоренения». Только на разминку и махи уходит около 20 минут, а дальше идут стойки, работа над гибкостью и выносливостью. А еще — изматывающая пробежка по каменным ступенькам, встроенным в скалы под углом почти 70–80 градусов.

«Но никого не заставляют. Каждый занимается в меру своих сил. Единственное — режим для всех общий. Подъем в 6 утра и отбой в 8-9 вечера. Но никто его и не нарушает — сил к вечеру уже нет», — говорит Анна.

Но была и передышка. В середине месяца однажды устроили дневной перерыв и повезли показывать окрестные живописные места заповедника Суншань.

Ее молодой человек (ныне муж) Владислав, врач-хирург в университетской клинической больнице им. Сеченова, изначально отговаривал ее от поездки.

«Он боялся за мое здоровье, считал меня хрупкой и предупреждал о риске попасть в зависимость или секту. Но я же из СМИ: все проверила и выяснила. Была уверена, что опасности нет», — смеется Анна.

Вода на киселе

Большой неожиданностью стала для девушки еда: она была готова и к тому, что в Китае рис всему голова, и к некоторой монашеской аскетичности. Но первый завтрак в лагере ее поразил.

«Кисель, а в нем плавает рисинка, — говорит она. — Такой вот не просто легкий, а очень легкий завтрак. Но обед был уже более плотным. Рис с овощами и паровые рисовые булочки».

Рацион был простым, вегетарианским. Но многие блюда приправлены местными травами, к которым европейский организм адаптируется довольно тяжело. Из-за непривычного рациона, душного климата и постоянных тренировок Анна потеряла 7 килограммов за месяц.

При этом были и моменты так называемого культурного обмена, которые делали поездки в Шаолинь еще более пестрыми и запоминающимися.

«Монахам очень нравится творчество и знакомство с разными культурами, — рассказывает Анна. — Во время первой поездки мы показали сказку "Репка" с элементами ушу. А во вторую (да, у Анны будет и вторая поездка, — Ред.) — подготовили выступление под гитару. С нами была девушка, которая помогла перевести традиционную шаолиньскую песню с китайского на русский, и мы ее спели. Монахи впервые увидели гитару и были очень удивлены! Один из наставников даже захотел приобрести такой инструмент и научиться играть — в итоге ему кто-то ее подарил».

На тренировочные сборы в Шаолинь приезжают люди из самых разных уголков мира: Южной и Северной Америки, Африки, Европы. Возрастной разброс здесь тоже огромный. Например, вместе с Аней тренировался 70-летний мужчина из Москвы, приехавший туда со своим внуком.

«Он отлично справлялся с нагрузкой, выбирал подходящий для себя темп и не халтурил», — говорит Анна.

В конце пребывания предстояло сдать своеобразный экзамен: продемонстрировать комплекс перед настоятелем монастыря и его гостями. Переводчика не было, все общение шло на китайском, но Анна смогла показать то, чему научилась, и получить оценку мастера.

Когда Анна вернулась из поездки, Владислав встретил ее в аэропорту с цветами и ... с предложением руки и сердца.

«Видимо, испугался и решил, что нам больше нельзя расставаться, поэтому сделал предложение, — смеется Анна. — На самом деле, конечно, у нас все к этому шло. Но я не исключаю, что именно моя поездка подтолкнула Влада к этому шагу».

И через несколько лет, в 2016 году, Влад уже вместе с Аней поехал на тренировки в Шаолинь.

Семейные традиции

Несколько лет назад один из инструкторов покинул школу в Москве, и генеральный директор предложила Анне занять это место. Девушка не раздумывала и в течение 6 лет совмещала две работы, а потом все-таки сделала выбор в пользу кунг-фу, и с легкостью оставила журналистку.

«Кунг-фу важная часть моей жизни. Придя в школу, я не могла даже представить, что это настолько захватит меня», — говорит девушка.

Анна сдала внутренний квалификационный экзамен и аттестацию при Федерации ушу России, став сертифицированным инструктором боевых искусств.

Сегодня Анна Большакова — инструктор школы Мастера Ши Янбина. Она преподает кунг-фу с веером и мечом Цзянь, проводит семинары и выступает с традиционными шаолиньскими комплексами на фестивале «Спасская башня» на Красной площади.

«Боевые искусства изначально создавались для защиты от диких животных на открытых территориях Китая и Индии. Позже эти приемы трансформировались в воинское искусство. Например, веер используется не для красоты, а как полноценное оружие», — объясняет Анна.

«Лев с радостью повторяет за мной базовые движения, — рассказывает Анна. — Кто знает, может быть, он продолжит семейную традицию».

Что такое Шаолинь?

Сегодня подавляющее большинство тех, кто тренируется в школах вокруг монастыря Шаолиня, — это не монахи, а светские ученики. Настоящие шаолиньские монахи посвящают кунг-фу лишь около 20% времени, а остальные 80% уходят на изучение буддизма, медитацию и монастырский труд. Главный принцип Шаолиня: «Боевое искусство без духовности — это просто насилие, а духовность без действия беспомощна».